Власти часто упрекают учительскую корпорацию в замкнутости, в том, что она не хочет участвовать в обсуждении перемен, что слабо откликается на экспертизу все новых и новых документов, которые необходимы для модернизации.  Действительно, вместо конструктивного разговора иногда выяснение отношений переходит на эмоции, часто срывающиеся на крик души. Что на это можно ответить?
Воспитание - дело интимное. Такова специфика профессии: для педагога весь мир сосредоточен в ребенке, и нет возможности отвлекаться на что-то иное.
Фокусируя свое внимание на обучении и воспитании, педагоги не только не располагают временем на обратную связь, особенно, если она плохо организована, но зачастую не умеют формулировать и доносить свои чаяния до общества. До родителей, до руководителей органов управления. Для того, чтобы власть и общество помогали педагогам в успешной реализации их профессиональных задач.
Отстаивать свою позицию, поднимать свой голос, сегодня очень сложно. Учителю надо уметь при случае стать и юристом, знатоком всех законотворческих тонкостей, и журналистом-пиарщиком, который способен облекать мысли в точные формулировки,  и политиком, умело совмещающем интересы и регулирующим споры.
Часто, кажется, что голос никто не услышит, что вообще никого не слышат, что давление среды очень велико, и никому ничего не надо. Но вдруг у кого-то, как, например, у Сергея Волкова что-то получается. К нему прислушиваются. Почему? Случайность? И тут возникают практические вопросы. Есть ли какие-то профессиональные секреты по совершенствованию "голоса”? Приемы, способы, методы?
Иногда кажется, что представители власти, родительской общественности и педагоги говорят на разных языках и требуются посредники, медаторы, толмачи и переводчики. Есть еще одна проблема - чиновники, сами уставшие от бесконечных пертурбаций и появляющихся все новых вызовов - экономических, экологических, -  часто хотят слышать только позитивные сигналы, что, наконец, есть какой-то результат от их усилий.
Надо признать, что общественные институты практически не работают. СМИ удается лишь привлечь внимание к проблемам, но подхватить и удержать проблематику, к сожалению, практически не кому. На поверхности остаются только конъюнктурные темы и те, в которых кто-то лично заинтересован. Все надежды на решения реальных проблем на интернет. Не слишком ли многого мы ждем от него?

Размышляя о проблемах нашего образования, мы привыкли связывать их с экономическим и общественным кризисом в нашей стране. Однако среди проблем школы можно обнаружить немало таких, которые свойственны современной педагогической жизни любой страны мира, независимо от степени ее процветания.
Возьмите любую образовательную проблему и начните перечислять все силы, которые могут быть задействованы при ее разрешении, на которые нужно влиять, чтобы достичь успеха. А теперь примите во внимание, что есть еще и неучтенные обстоятельства, которых невозможно избежать: политика правительства, постоянно меняющаяся, новые технологии, экономический кризис, прискорбные конфликты и т.д. И каждое даже незначительное изменение в этом уравнении создает десяток
неожиданных осложнений, а те, в свою очередь, обеспечивают еще десяток проблем.
И вот связь между причиной и следствием исчезает, ее невозможно проследить. Она теряется в деталях того, что происходит. Невозможно, чтобы успешная организация была воплощением неких общих намерений, хорошо спланированных заранее. Напротив, успех представляет собой открытие новых моделей действий, которыми мы отвечаем на непрерывные перемены в задуманном ходе дел.
Итак, продуктивное изменение – это постоянный поиск понимания с осознанием того, что окончательного ответа не существует. Подлинное влияние на перемены требует:
– видения взаимосвязей, а не просто линейных причинно-следственных цепочек;
– видения всего процесса перемен, а не его фрагментов.
Как только мы разовьем язык нелинейной системы, возникнет новое представление о переменах.
"Подсознание полностью перестроилось для того, чтобы отображать данные циклично, а не линейно. Мы выясняем, что перед нами сплошные обратные связи и системные архетипы. Мы уже переключились подобно тому, как это случается при овладении иностранным языком. Мы начинаем спонтанно думать терминами и конструкциями нового языка. Когда это происходит в системе мышления, мы становимся "приспособленными к жизни”.
Звучит сложно? Да. Непрактично? Нет. На самом деле это значительно практичнее, чем наше привычное внедрение новаций. Ведь плохое решение сложной проблемы только ухудшает ситуацию.
Что это за новый язык, который может приручить силы перемен? Взглянем на восемь основных уроков, возникающих из новой парадигмы образовательных перемен. Каждый из них странен, если исходить из наших привычных представлений о переменах. Эти уроки связаны между собой, и ни один из них сам по себе вряд ли пригодится. Каждый из них действенен благодаря мудрости семи других.
Урок 1. Нельзя управлять значимыми процессами (чем сложнее перемены, тем меньше мы можем на них влиять).
Руководство нужно. Оно обязано определять политику, устанавливать нормы и следить за процессом. Но невозможно управлять достижением сложных целей в значимых переменах. Здесь решающее значение имеют умения, творческое мышление и самоотверженные действия. Руководства недостаточно, и чем больше ты хочешь сделать его четким, тем ограниченнее становятся цели и способы. Педагоги – не технические работники.
Но даже в относительно простых случаях почти все перемены ценностей в образовании требуют новых умений, нового поведения и новых убеждений. Если есть кардинальное правило перемен, то оно состоит в том, что невозможно заставить человека изменяться. Невозможно заставить человека думать по-другому и принудить к развитию новых умений.
Маррис пишет про эту проблему так: "Те, кто имеет власть, почему-то действуют так, будто им нужно только пояснить, а когда их пояснения не воспринимаются сразу, то они не обращают внимания на оппозицию и выражают полное пренебрежение к жизни всех остальных, кроме себя. Реформаторы уже усвоили некие истины и выработали формулировки, имеющие смысл только для них. Если они отбирают у исполнителей шанс сделать то же самое, они принимают их за кукол на ниточках своих концепций”.
Помимо выдвижения все большего количества обязательных требований в системе образования присутствует общее упование на все большее и большее число инноваций. Педагогический люд часто реагирует на моду, мгновенно и необдуманно откликается на новейшие "горячие идеи”. Тот факт, что без глубоких перемен в мышлении и умениях результат новации будет ограничен, вовсе не опровергает их потенциальной ценности. Возможно, основная проблема государственного образования не в сопротивлении переменам, а в слишком большом количестве инноваций, воспринятых некритично и поверхностно, на фрагментарной основе.
Идеи, которые легко достаются, легко и утрачиваются. А глубоким пониманием вещей нельзя управлять. Единственная действенная альтернатива – создать условия, которые дают возможность и принуждают людей расширять свое видение, а также постоянно развивать навыки практической работы.
Приказы и распоряжения могут менять некоторые вещи, но они не влияют на то, что подлинно значимо. Когда происходят сложны... Читати далі »

Негринг Джеймс

 Cравнивать российскую и американскую системы образования можно лишь сознавая всю условность этого сравнения.

Но есть та точка, тот критерий, который един для любой школы и в России, и в США, и, наверное, во всем мире.

Это – свобода школы, свобода учительства и учения. Право ребенка быть субъектом, а не объектом образования.

Этот критерий, эта проблема больше, чем социальные, экономические и правовые условия конкретной страны. Она не ими обусловлена.

Живая школа, живое образование везде оказываются в тисках. Степень их сжатия зависит от управленческой культуры и правовых норм общества, но тиски присутствуют в любом случае.

Как и изначальное недоверие к школе. Отсюда – инструкции, приказы, тесты.

Почему так? Можно говорить, что построенная на контроле школа сама растит себе будущих контролеров.

Что люди несвободные не могут допустить, чтобы свобода появилась в других – это ставит под вопрос их собственное существование. Но это, наверное, только вариации на тему.

Главное противоречие школы: она возникла как институт, действующий в интересах государства и общества; отдельная личность важна школе ровно настолько, насколько эта личность отвечает вышеупомянутым интересам.

Предзаданное устройство школы диктует свое. И в том хитрость этого устройства, что «зарядить» в него можно очень многое: вчера мы ориентировались на социалистические цели и ценности, сегодня – на рыночные, и школа без особых переделок перешла из одного русла в другое, только управления образования кое-где стали называть департаментами и поменяли экономическую начинку, да и то не до конца.

У школы и у системы образования в целом потрясающий запас прочности.

Как показывает уже российский опыт последних лет, школа выдерживает внедр... Читати далі »